Юрий Строганов передал Ейского районному краеведческому музею материалы Ставропольского суда над изменниками Родины, в том числе на Бема Луку Романовича. Ниже я приведу часть текста из обвинительного заключения над изменниками.Бем Лука Романович, 1921 года рождения, уроженец села Карлсруе Варваровского района Николаевской области, немец, гражданин СССР, до ареста главный бухгалтер строительного управления Красноярска.
В начале августа 1942 года из города Краснодара Бем был направлен для прохождения дальнейшей службы в зондеркоманду «СС 10-А города Ейска. Этот перевод Бема был произведен по личной просьбе начальника зондерконанды «СС 10-А города Ейска оберштурмфюрера Тримборна, благодаря чему Бем впоследствии играл важную роль в карательной деятельности этой команды.
Свидетельница Толстопятова Л.Г., работавшая осенью 1942 года
переводчицей в зондеркоманде СС 10-А города Ейска, так охарактеризовала Бема:
«…Бем занимал в команде очень высокое положение и пользовался исключительным доверием у начальника Тримборна. Неоднократно были случаи, когда Бем добивался у Тримборна отмены распоряжений и приказов немецких офицеров…По своим личным качествам Бем был очень энергичным и грамотным работником. Ему многие вопросы доверялось решать самому, в том числе он самостоятельно, т.е. без немецких офицеров, допрашивал арестованных советских граждан. Это особое доверие со стороны немецко-фашистских карателей выражалось также в том, что Бем участвовал в вербовках агентуры, производивших офицерами зондеркоманды из числа уголовного и антисоветского элемента, а также принимал эту агентуру с целью получения предательских доносов на советских граждан.
Как установлено, осенью 1942 года в городе Ейске и Ейском районе систематически производились аресты коммунистов, комсомольцев, партизан и других советских патриотов. Все арестованные доставлялись в тюрьму при зондеркоманде, откуда один-два раза в неделю по мере заполнения камер, вывозились на окраину города Ейска и там расстреливались.
Материалами следствия доказано, что обвиняемый Бем вместе с другими сотрудниками зондеркоманды неоднократно участвовал в этих расстрелах. Так, допрошенный в качестве свидетеля Тарасов И.Н., который в 1942 году служил при зондеркоманде полицейским и выезжал на эти расстрелы в качестве охранника, показал:
«…Я лично видел, как арестованные по приказанию переводчиков разделись до нательного белья, после чего всех их подвели ко рву и расстреляли. Бем в числе других немцев тоже расстреливал людей…».
Не отрицает этого и сам Бем. На очной ставке с указанным свидетелем он заявил:
«…Я признаю, что вместе с другими сотрудниками зондеркоманды неоднократно выезжал на расстрелы советских граждан и стрелял в людей, убивал их, однако конкретных фактов таких расстрелов не помню. Расстрелов было много, поэтому сейчас, через 18 лет, трудно выделить
какой-нибудь из них…».
Всего, как это установлено следствием, в городе Ейске за время его оккупации с августа 1942 года по январь 1943 года карателями было расстреляно до 600 советских граждан. Многих из них убил лично Бем.
Допрашивая арестованных советских патриотов, Бем систематически участвовал в их истязаниях, избивая до потери сознания тяжелой плетью и другими предметами. В ряде случаев от этих невыносимых пыток арестованные умирали тут же на допросе или в тюремной камере.Следствием доказано, что в сентябре 1942 года при непосредственном участии Бема были убиты директор Ейского пивоваренного завода, коммунист Арутюнов Сурен Александрович и заведующий винпунктом Буренко Павел Антонович.
Арутюнов был арестован карателями за то, что при временном отступлении советских войск вывел из строя пивоваренный завод, а Буренко — по подозрению в связях с советскими партизанами.
Пытаясь вырвать у этих патриотов «признание», заплечных дел мастера Бем и его соучастник, изменник Родине Майстер Отто в течение нескольких дней зверски избивали Арутюнова и Буренко.
Свидетельница Недосекова Л.Т., работавшая в зондеркоманде уборщицей, показала об этом следующее:
«…Убирая помещение зондеркоманды, я видела, что в комнате пыток на полу и на стенах было много засохшей и свежей крови…Однажды во время уборки Отто Майстер сказал мне, чтобы я ушла из помещения. Вскоре после этого, находясь на кухне, я услышала нечеловеческий крик, доносившийся со стороны комнаты пыток. Затем Майстер выбежал из здания и потребовал дать ему пол-ведра воды… В тот же день я узнала, что это Майстер и Бем с немецким офицером
допрашивали и пытали директора пивзавода Арутюнова, что при этом они отливали Арутюнова водой, но он от пыток умер…
«.В тот же день труп Арутюнова был похоронен во дворе зондеркоманды. При этом фашистские палачи, оказавшиеся бессильными перед волей советского патриота, надругались над его трупом: они убили собаку и бросили её в яму на голову Арутюнову.
Свидетель Тарасов И.Н., участвовавший в похоронах Арутюнова, показал по этому вопросу:
«…Труп Арутюнова лежал на полу в луже воды и крови. Голова у него была проломлена в нескольких местах, рубашка порвана, в крови. Когда мы бросили Арутюнова в яму, то немецкий офицер Франц застрелил из пистолета бегавшую во дворе собаку и бросил её на труп Арутюнова. После этого яму мы забросали землей…
«.После изгнания немецко-фашистских захватчиков из города Ейска могила Арутюнова была обнаружена комиссией по расследованию злодеяний. В акте этой комиссии от 27 февраля 1943 года записано:
«…Во дворе дома № 63 по улице Ленина, где помещалось гестапо, обнаружен труп зверски замученного директора пивоваренного завода тов. Арутюнова Сурена Александровича, 39 лет. При вскрытии могилы обнаружено: зубы верхней и нижней челюсти с правой стороны выбиты, кости черепа пробиты в трех местах тупым орудием, рот открыт. На голове тов. Арутюнова лежала убитая собака.
В октябре 1942 года в степи в районе города Ейска карателями был захвачен советский партизан, фамилия которого не установлена. Допрашивая этого партизана, немецко-фашистский палач Фольмер и его подручные Бем и Майстер проявили особую жестокость.
Будучи взбешенными тем, что несмотря на избиения, партизан упорно молчал и не выдавал своих товарищей, они применили к нему средневековый, садистский метод пытки огнем, для чего использовали паяльную лампу.
Вот что рассказывает об этом свидетель Тарасов И.Н,:
«…Я был тогда во дворе зондеркоманды и лично видел, как Бемс разжигал паяльную лампу, а затем ушел с ней в помещение. Тут же из комнаты пыток донеслись страшные крики и стон, а еще через некоторое время, уже вечером, немцы притащили полумертвого партизана в камеру и бросили на пол… Часа через полтора-два в караульное помещение при тюрьме, где я находился, зашли Бем и Фольмер, оба выпивши. Разговор зашел о партизане, и Бем заявил: «Какой же упрямый этот партизан. Я жег его огнем, и что мы только с ним ни делали, а он все равноничего не рассказал…».
Далее свидетель Тарасов показал, что в тот же день ночью он заходил в камеру и лично сам видел на теле у партизана большое выжженное огнем пятно. К утру следующего дня партизан скончался.
Будучи изобличен неопровержимыми доказательствами, обвиняемый Бем признал, что при допросах арестованных советских патриотов в гор. Ейске он систематически применял к ним пытки и истязания, в результате которых арестованные умирали.
Он заявил:
«… В ряде случаев в результате зверского избиения с моим участием арестованные теряли сознание. Мы их отливали водой, а затем снова били, добиваясь нужных признаний.
В городе Ейске я моим участием к арестованным применялся и такой средневековый метод пытки, как прижигание тела огнем паяльной лампы. Помню, мы допрашивали так одного мужчину, который подозревался в связях с партизанами. Как мы его ни били, этот партизан ничего не сказал. Он не произнес даже ни одного слова, а только стонал. Тогда мы зажгли паяльную лампу и стали пытать его огнем, однако и после этого партизан нам ничего не сказал…».
Питая лютую ненависть к советскому народу, немецко-фашистские варвары уничтожали в массовом количестве не только взрослых советских граждан, но и малолетних детей.
Одно из таких чудовищных преступлений совершено ими в городе Ейске, где 9-10 октября 1942 года сотрудниками зондеркоманды при активном участии обвиняемого Бема было
умерщвлено в душегубке 214 детей Ейского детского дома.
Как установлено материалами следствия, Бем вместе с
начальником зондеркоманды Тримборном производил предварительный осмотр детского дома, а затем руководил погрузкой детей и лично сам вталкивал их в «душегубку».
Александр Дорошенко, директор Ейского районного краеведческого музея
